Радио Зазеркалье

Специально для радио «Зазеркалье» автор под никнеймом ​silyet написал эссе о социальной изоляции, свободе и ограничениях.

В одном из последних прямых эфиров обсуждалась тема социальной изоляции, и мне хотелось бы поразмышлять о ней на вашем экране. Если задуматься, то мы все добровольно или вынужденно изолируемся от какой-то части социума. Это дикие животные в своей естественной среде обитания вольны жить как хотят. А человек напридумывал множество правил, законов, деклараций, норм… Возьмем для примера стартовый возрастной промежуток —  детство. Родители учили нас правилам игры в жизнь, а эти правила построены на ограничениях.

 

Детям запрещают есть руками, потому что это запрещает этикет. Попытки носиться по квартире, прыгать на диванах и рисовать на обоях также пресекаются. Нельзя разговаривать с незнакомыми, шлепать ногами по грязи, разводить костер, драться, ходить с родителями на работу.

 

И тысячи тысяч нельзя. Мозг привыкает к запретам и даже не пытается поступить иначе.

Вы можете возразить: бывает, что иногда мы нарушаем эти правила. Но это иногда и в порядке исключения. Какой ужас пойти во все тяжкие и нарушить один — ну ладно, три запрета из тысяч.

Общество порицает нарушение этих запретов и изолирует нарушителей.

Изоляция может осуществляться не только на основании общественных норм, уголовного кодекса и прочих гласных и негласных законов; изоляция может опираться и на внутренние убеждения изолируемого. Атеист не хочет общаться с верующим, менеджер среднего звена проходит мимо жаждущего общения (денег на водку) бездомного, даже Путин не хочет общаться с Навальным, а Золотов хочет общаться только с «отбивной». Если задумываться, то каждый из нас может составить хорошо аргументированный список лиц, с которыми не хотелось бы общаться.

Рано утром в душном метро можно сразу весь вагон поместить в этот список.

Вернемся в детство. В юном возрасте можно неосторожно получить и излишек ограничений. Например, ваш покорный слуга с рождения не был одарен способностью легко заводить беседу, но благодаря страхам родителей и неспокойному времени девяностых-нулевых был лишен возможности гулять во дворе и учиться знакомиться. Лето я проводил в деревне, где «безбашенные ребята водку пьют с малолетства и ищут, где что плохо лежит» (к слову, все так и было), ограниченный забором участка; а в школьный сезон меня провожали и встречали родители. Мозг усвоил жесткие рамки разрешенного поведения и я вырос с «суперспособностью»: психологическим социальным ограничителем.

Чтоб объяснить вам, почему социофобы не могут просто взять и “стать мужиком” (зачеркнуто) перебороть свой страх, позвольте провести аналогию с собачками. Существуют ошейники для дрессировки собак с электрошокером и пультом. Пересекает свободолюбивое животное незримую границу садового участка — и получает разряд. Это повторяется n раз, и счастливый хозяин, нажимающий на кнопку, получает послушное животное. Первый друг человека усвоил, что за чертой таится опасность, и даже если хозяин будет тащить его за поводок, питомец станет сопротивляться. Для него граница участка будет подобна стеклянному колпаку.

Такая же ситуация с социофобами. Дом — это безопасное пространство, а за его пределами — дикие джунгли с тысячей опасностей.

Мы живем в мире ограничений, и они изолируют нас от желательного или нежелательного общества. В первом случае нужно преодолевать эти ограничения, необязательно в лоб и все сразу. Лучшим будет совет поборовшегося или борющегося с этими ограничениями человека. Возможно, поможет специалист с медицинским профильным образованием. Ну а если мы сами выбрали путь изоляции и он нас устраивает, то просто задумайтесь, насколько вы изолируете себя и стоит ли что то менять.

Меня попросили закончить статью выводом. А что я могу вывести из всего вышесказанного? Я описал свой взгляд на изоляцию, и у меня нет универсального лекарства от нее. Существовать в обществе, не соблюдая его правила, невозможно. Если вы не признаете ограничения, то общество ограничит вас.

В этой статье нет вывода. Как действовать — решать вам.